11.11.2009, 14:26 // автор Оксана Ковтонюк, газета «Новая»

Я люблю своих героев. Тех, о ком пишу статьи. Не смейтесь, но почему-то кажется, что все они как дети мне, хотя многие жили, когда меня еще и на свете не было. Наверное, похожее чувство возникает потому, что мне доверяют вещи, которые вряд ли поведают человеку, коего видят впервые. Я не идеализирую их, более того, иногда не согласна с точки зрения взглядов на здоровье и медицину. Эти люди — совершенно разные, с разными судьбами, непохожими историями. 28-летний Александр Онищенко — обычный парень, который после сложнейшего случая, не оставляющего шансов выжить, встал на ноги и вернулся в айкидо, — просто один из них.

После такого не живут

Как обычно, люди, которых мы называем героями из-за мужества и любви к жизни, удивляются: ну какие, мол, мы герои. И я помню удивленный голос Саши, когда попросила разрешения написать о нем статью. То, что произошло с парнем несколько лет назад, для него — уже привычная часть личной истории. Но вряд ли возможно привыкнуть к мысли, что человек из такого может выкарабкаться.

— Это произошло в июле 2005-го, — вспоминает Александр. — Мне сказали, будто я выпал из четвертого этажа. Я же ничего не помнил, потому что были сильные травмы, и оперативная память мозга из-за болевого шока стерлась.

Парня случайно нашли ночью в одном из киевских дворов. Скорая отвезла потерпевшего в областную клиническую больницу скорой помощи. Началась упорная борьба за жизнь. Уже потом Александр узнал, что если бы его не доставили в реанимацию своевременно, шансов выкарабкаться не было бы.

В реанимационном отделении больницы парень пробыл десять дней.

— Все раны на мне зашили, как на трупе, — продолжает Саша. — Пришел в себя на третий день, а мне сообщили, что после такого не живут.

Кроме ушиба мозга и сильного повреждения легких, врачи диагностировали переломы нижних конечностей — открытый левой бедренной кости и несколько закрытых правой, также была повреждена пяточная кость. Плюс большая кровопотеря. Короче говоря, травмы — мало не покажется! Слушая о таком наборе диагнозов, представляю: да уж, тут не только об активном образе жизни думать в будущем, а вообще бояться дышать.

Подарок на Новый год

Через некоторое время Сашу прооперировали — раздробленные кости скрепили специальными пластинами. На больничной койке парень провалялся почти полтора месяца, затем его забрали домой, в Черкассы, где у Александра живут родители. Начался длительный период реабилитации.

— Три с половиной месяца я лежал практически без движения, — говорит Саша. — А потом начал потихоньку заниматься. Сначала пытался сгибать колени. Основной проблемой была обездвиженность — ноги длительное время бездействовали. Но я был упорным.

Через некоторое время медики сделали контрольные снимки и заявили, что Александр может пробовать вставать на ноги. Это событие порадовало за 2 недели до Нового года. Чем не подарок самому себе?!

Полминуты жизни

— Помню, как впервые встал на ноги. Боли не было, но чувствовал страх, ведь я забыл, как это — ходить. От непривычки закружилась голова. Мне помогали встать — это была целая процедура, мама и отец находились рядом.

Первый раз парень простоял полминуты — не больше. Но потом родителей не было дома, и он решился подняться с кровати самостоятельно. Потихоньку начал расхаживаться. Колени сгибались очень плохо — на 70 градусов, поэтому ходил, как робот, с прямыми ногами. Около 3-х недель пользовался костылями. Со временем перешел на палочку, однако она больше мешала, чем помогала. И наконец, сделал первый самостоятельный шаг.

Пояс даже не держит штанов — он привязан — К пониманию айкидо надо прийти, — рассказал Александр Онищенко. — Люди видят в тех же фильмах. «О, как красиво у них выходит!» — но для этого «красиво» очень много чего сделать. Я пытаюсь заниматься разными техниками — остановился на айкидо. Почему? Разные причины. Например, в спорте после тридцати или уходят на пенсию, или на тренерскую деятельность. В айкидо же после тридцати я только должен понять, чем я занимаюсь вообще и к чему я иду.

Мы сдаем на пояса. Сейчас у меня коричневый пояс. В простонародье — это кандидат в мастера спорта. На черный пояс я должен был сдать еще пять лет назад — то денег не было, то травма. Потом черный пояс, а потом уже идут даны — первый, второй, третий. Но на самом деле я знаю многих, кто называется черным поясом только в зале, а если они где-то выйдут — вряд ли защитят свое звание. Пояс (и это не шутка) вообще больше для украшения, ведь он не держит штанов — привязан. Хотя некоторые думают:«Все, я получил черный пояс — будет что писать в анкетах. И для резюме это круто». Айкидо и здоровье? Да, это боевое искусство можно принимать как оздоровительную систему. В айкидо есть очень большой раздел — дыхательная техника. Ведь правильное дыхание очень много значит для нашего самочувствия.

— Нет идеальных упражнений, чтобы помочь самому себе. Нужна правильная установка, что все получится, — продолжает Онищенко. — Сначала только тем и занимался, что сгибал-разгибал ноги в коленях, а потом начал приседать.

Вскоре Саша начал ходить в местную больницу на разработку мышц:

— Я занимался самостоятельно, никто надо мною не стоял — понимал, что должен упорствовать, чтобы полноценно встать на ноги.

Увидел результаты уже через месяц — колени стали сгибаться!

— Это правда, что вы разработали свою систему занятий для разработки конечностей? — интересуюсь.

— Нет, — смеется Саша. — Упорно занимался — вот и вся система. Работал периодически: не меньше сорока минут через день. И не пропускал занятий.

Никто не сказал: «Ты сумасшедший!»

В Киев Александр вернулся весной следующего года. А через девять месяцев после падения… пошел на первую тренировку по айкидо. Боевыми искусствами наш герой занимается еще с 1998 г. Но разве айкидо не могло подождать, пока парень полностью восстановится или хотя бы снимут с костей металлические пластины? Значит, таки не могло!

— Я вернулся в ту самую секцию, где тренировался до травмы. Начал заниматься в общей группе. Сначала исполнял элементарные вещи. Мог перемещаться в бою, но не очень быстро. Серьезных приемов избегал.

Да, но когда же сняли спасительные пластины? Оказывается, только через полтора года после операции! Да, вы не ослышались, я хочу подчеркнуть, что все это время Саша занимался айкидо с железяками в ногах.

Саша с теплотой вспоминает: когда снова пришел в родную секцию, сей факт восприняли нормально, никто не сказал: «Ты сумасшедший!» Хотя знали историю с падением.

— Пришел и не сразу начал себя рвать, специально для результата. Ориентировался на чувство меры, на собственные ощущения, какие нагрузки лучше воспринимал мой организм.

К прежним тренировкам Александр вернулся через полтора-два месяца от начала занятий. Чтобы быстрее стать в строй, бросил курить.

«Если бы я всех слушал…»

Я не смогла не задать этого вопроса. Но предполагала ответ.

— Нет, падение с высоты не убило моей тяги к физическим занятиям, — совершенно невозмутимо отвечает Онищенко. — Сначала было не до этого. Ведь когда в больнице пришел в себя, не мог поверить, что такое произошло. Меня сразу предупредили: «Парень, забудь об активной жизни в лучшем случае на два года». Если бы я всех слушал, никогда бы не стал на ноги.

— Чувствуете последствия травмы сейчас?

— Сидеть еще полноценно не могу, колени до конца не сгибаются, но боли как таковой нет. На месте шрамов кожа не такая чувствительная. Хожу, немного видно, что что-то не так в походке, но если себя контролировать — ничего незаметно.

— А можете бегать?

— Спокойно. И прыгать могу, притом очень высоко, — смеется, чувствуя мое недоверие, Саша.

Почему айкидо?

— Когда вернулся к айкидо — не стремлюсь к завоеваниям в соревнованиях, больше собой занимаюсь, — откровенно признается Александр. — Это не спорт, а боевое искусство. А это большая разница.

Сейчас Онищенко занимается три-четыре раза в неделю по полтора часа. До травмы даже вел группы — сейчас, увы, нет. Объясняет это тем, что группе нужно демонстрировать все упражнения, а есть такие, которые надо делать стоя на коленях — это у Александра еще болезненное место. Но тренера иногда заменяет. В секции, кстати, занимаются и женщины. Я не удержалась, чтобы не спросить: «А девушки к вам все-таки неравнодушны? Вы герой в их глазах — вернулись в айкидо после таких сложных травм. Женщинам нравятся мужественные мужчины — по себе знаю!» Саша смущается и сразу пытается увильнуть от темы: «Ну, это такое дело. Конечно, как на тренера они на меня смотрят. Ну, уважение есть. Больше ничего не буду говорить».